До того как имя Кассиана Андора стало легендой, он был просто человеком, пытающимся выжить в тени Империи. Его путь начался не с громких заявлений, а с тихих, отчаянных шагов на окраинах галактики. Кассиан не искал славы — сама жизнь толкала его в водоворот событий, где каждый выбор мог стать последним.
В те ранние, сумбурные дни ещё не было единого Сопротивления. Были лишь разрозненные группы: контрабандисты, перевозившие беженцев, учёные, укрывавшие данные, простые рабочие, саботировавшие поставки. Андора двигался в этой серой зоне, выполняя поручения за кредиты, а иногда — за обещание лучшего мира. Он видел, как имперская машина перемалывает судьбы планет, и его нейтралитет таял с каждым днём.
Ключевые встречи происходили в случайных местах: в душных трюмах грузовых кораблей, на заброшенных орбитальных станциях, в шумных портовых тавернах. Там, вполголоса, рождались первые планы. Кассиан научился различать искренность и обман, доверять не словам, а действиям. Его навыки — умение слиться с толпой, найти лазейку в системе безопасности, добыть нужные сведения — стали ценным активом для зарождающейся сети недовольных.
Поворотным моментом стала не грандиозная битва, а тихая операция по спасению группы шифровальщиков с захваченного имперцами спутника. Именно тогда Андора осознал, что его одиночная борьба обретает смысл только в связях с другими. Отдельные нити начали сплетаться в полотно. Обмен информацией между ячейками стал регулярнее, появились первые общие цели.
Это было время тяжёлых потерь и хрупких надежд. Кассиан терял контакты, видел, как исчезают знакомые лица, но также наблюдал, как гнев и отчаяние постепенно превращаются в организованную волю. Из хаоса отдельных актов неповиновения медленно, мучительно рождалось то, что позже назовут Альянсом Повстанцев. И в самом сердце этого зарождения, делая свою опасную, невидимую работу, был он — разведчик, чьи приключения стали фундаментом для грядущей легенды.
